Коновал. Том 3 (СИ) - Гросов Виктор (книги бесплатно без регистрации полные .TXT, .FB2) 📗
Савелий выхватил саблю.
Он шел к Ивану сбоку. Царевич держал бердыш и смотрел на человека перед собой. Начальник смены поднял клинок возле собственного плеча; до Ивана ему оставалось сделать один шаг.
Я ударил Савелия снизу под локоть. Саблей он задел косяк над Ивановым плечом. Начальник развернулся ко мне, толкнул грудью, стараясь освободить руку.
Пришлось навалиться на него всем телом. За спиной Савелия стоял караульный с бердышом; отступая, начальник налетел на него и на миг потерял опору. Я прижал его кисть к стене.
Савелий был тяжелее меня. Уперся ногой, начал выворачивать руку. Он упер острие мне в бок, продавил кафтан. Еще немного — он повернул бы клинок.
Нож удалось выдернуть с пояса со второй попытки. Левой рукой я продолжал держать его запястье, правой ударил в открытый бок под мышкой.
Начальник втянул воздух через зубы. Толкнул меня лбом в лицо, и я едва удержался, когда перед глазами потемнело от удара. Держать его руку пришлось до тех пор, пока он сам не опустился на колено.
На кисть мне потекла теплая кровь. Савелий еще пытался поднять голову. Я выкрутил саблю из его пальцев и отстранился настолько, чтобы повернуть ее рукоятью к Ивану.
— Бери. За мной держись.
Царевич выпустил бердыш и принял оружие. Караульный отскочил к своим, закричал, что убили старшего. Савелий завалился плечом на стену, сел на пол, затем сполз на бок.
Ему на помощь бросился служилый у наружной двери. Опустился рядом, положил руку на грудь начальника, повторил его имя. Савелий разлепил губы; ответить ему мешала кровь во рту.
Я держал нож перед собой. До ближайшего караульного можно было дотянуться рукой. Он смотрел на мой клинок, переводил взгляд на начальника и понемногу отступал.
Тучин первым нарушил эту заминку.
— Сухой на караул напал! Взять обоих!
Он отступил к окну, придерживаясь за стену. Слуга подхватил его под локоть. Там стояли стрельцы с пищалями; к одному из них боярин наклонился, указал в нашу сторону.
Иван потребовал опустить оружие. Назвал себя, повторил приказ громче. У него сорвался голос, и последнее слово пришлось выговаривать отдельно, с трудом.
Человек с обмороженными ушами убрал бердыш в сторону.
— Савелий саблю вынул, — сказал он. — Сам на государева сына пошел.
Караульный возле тела поднял голову. Рука у него была в крови почти до локтя. Он хотел ответить, однако Тучин перекричал его: начальник защищал покои, Сухой вмешался, царевич теперь тоже вооружен.
Для стоявших возле окна этого могло оказаться довольно. Оттуда удара Савелия за нашими спинами почти не было видно. Они повернулись, когда закричали об убийстве, и перед ними находился я с окровавленным ножом. Иван держал саблю их начальника.
Я показал на караульного, которого царевич удерживал за бердыш.
— Ты рядом стоял. Скажи, на кого он клинок поднял.
Человек попятился. Уперся спиной в товарища, зацепил его рукоятью. Ответа я от него так и не дождался.
Служилый у Савелия поднялся с пола. Саблю извлек медленно, потому что левая рука скользила по ножнам. На меня он шел с приоткрытым ртом, часто втягивал воздух.
Я сказал ему остановиться. Иван выставил клинок рядом с моим плечом, и человек задержался. Тогда сзади подошел Тучинов слуга и толкнул его вперед.
Пришлось отбить запястье рукоятью ножа. Служилый выругался, попал мне свободной рукой по скуле. Я оттолкнул его к соседу и потянул Ивана вправо, к горнице лекаря.
Там оставался проход к малому крыльцу. Андрей говорил, что Бельский послал его открыть. Даже если с той стороны еще спорили у запора, за дверью мы хотя бы могли прикрыть спины.
Иван оглянулся к отцовской комнате. Священник стоял на пороге, держал обеими руками книгу. Возле его ноги Гаврила пытался подняться, оставлял ладонью кровавый след на косяке.
Я позвал стремянного. Лекарь подхватил его с другой стороны, повел в свою горницу. Гаврила послушно переставлял ноги, всхлипывал при каждом вдохе. Теперь у него распухала щека, глаз с этой стороны он почти закрыл.
Мы пошли за ними. Иван отступал боком, прикрывая меня саблей. Караульные держались на расстоянии клинка, переговаривались, ждали, кто приблизится первым.
До боковой двери оставалось два шага, когда туда вышел человек с перевязанным запястьем. Он пропустил лекаря со стремянным, затем схватил дверь и потянул к себе.
Я успел подставить плечо. Ударился им о дерево, протолкнул створку обратно. Из горницы мне в грудь уперли бердыш рукоятью вперед. Его держал второй служилый.
Иван шагнул ко мне, вытянул саблю вдоль моего рукава. Человек с перевязанным запястьем шарахнулся в сторону. На миг в дверях освободилось место, затем из-за моего плеча ударили по пояснице.
Ноги подогнулись. Чтобы удержаться, я схватился за косяк. Караульный из горницы навалился на бердыш и вытолкнул меня в сени; человек за дверью тут же притянул ее к себе.
Иван заслонил меня. Ударивший поднял оружие снова, царевич шагнул к нему с саблей, и тот отпрянул к остальным.
Я выпрямился, держась ладонью за стену. В пояснице жгло, глубоко вдохнуть удалось только со второй попытки. Лезть к боковой двери еще раз значило повернуться спиной к тем, кто наступал из сеней. Отвести от них Ивана в сторону я больше не мог.
— Савелий, отворяй! — прокричал Бельский снаружи. — Мое слово слышишь?
По наружной двери ударили чем-то тяжелым. Человек в сером кафтане держал запор обеими руками; к нему подошел еще один, уперся плечом в доски.
За дверью был Игнат. Я крикнул, что Иван здесь, со мной. Савелиев помощник сразу заорал в ответ, что бояре живы, у покоев наводят порядок. Назвал имя государя, велел прекратить ломиться.
Мой следующий крик заглушили его люди.
Мы с Иваном отступили к стене возле боковой горницы. Отсюда я держал в поле зрения наружную дверь. Тучин оставался слева, возле стрельцов, и людям своим велел отойти от нас.
Караульный с обмороженными ушами потянул за рукав того, кому я отбил кисть. Они попятились к государевой опочивальне. Возле порога стоял человек с бердышом, преграждал нам путь в опочивальню. Он держал оружие высоко и смотрел на саблю Ивана.
Первый стрелец снял пищаль с плеча. Второй пошел рядом с ним, придерживал оружие обеими руками. Между нами освобождали место.
Иван поднял голову. Заговорил со стрельцами по имени, велел послать к брату, спросить у него. Один из них замедлил шаг. Тучин приблизился к нему, ухватил за рукав и сказал, что перед боярами за все ответит сам.
Я отвернулся от Тучина. До боярина было несколько шагов, и все эти шаги пришлось бы пройти под пищалями, оставив Ивана у стены.
Ближний стрелец выставил ногу вперед. Он смотрел на мой нож и держал ствол так, чтобы я оставался перед ним. Второй взял чуть левее, напротив царевича.
Я перехватил нож. Свободной рукой нащупал Иванов пояс, притянул его к себе. Стрелец поднял пищаль; до него оставалось два шага.
— Стрелять! — приказал Тучин.
Я дернул Ивана вниз и прыгнул к ближнему стрельцу, выставив левую руку к стволу.
Глава 8
— Стрелять! — приказал Тучин.
Я дернул Ивана за пояс и шагнул к ближнему стрельцу. Левой рукой ударил по стволу, отвел его к боковой двери. Стрелец упер приклад мне в грудь, попытался оттолкнуть.
Выстрелил он, когда я навалился на оружие всем весом.
В правом ухе зазвенело. Стрелец налетел спиной на товарища. Я отпустил пищаль, ухватил Ивана за рукав и оттащил за выступ стены. Он пригнулся рядом, выставил саблю перед собой.
Возле боковой двери Гаврила выпустил из рук скамью. На плече его кафтана темнела дыра, из прорванной ткани торчала подкладка. Он прижал ладонь к ране и сполз по косяку.
Дверь была приоткрыта. Изнутри лекарь тянул ее на себя, а пожилой слуга вцепился в пояс караульному, который мешал ему. Гаврила успел выйти нам навстречу и оттеснить второго скамьей. Теперь этот человек с перевязанным запястьем снова подбирался к двери, держал в здоровой руке нож.
