Хороший остров 2 (СИ) - Лиманский Александр (читать книги бесплатно полностью без регистрации сокращений TXT, FB2) 📗
Борис подумал и хмыкнул.
— Это у нас в походе физрук так делал. Мы смеялись, а оно кипело.
— Вот видите, — сказал я. — Значит, физрук не дурак был.
— Не дурак, только пил, — согласился Борис.
Валера отдал нож Гоше, сам, не дожидаясь. Мой длинный нож он ещё вчера вычистил и наточил о камень. Теперь он протянул его так же, рукоятью.
— Режь, — сказал он. — Только себе пальцы не отрежь, мне их потом зашивать нечем.
— Зашивает у нас Инна, — поправил Гоша.
— Ей тем более нечем, — сказал Валера.
Стаса я подозвал отдельно, вместе с Борисом.
— Стас, у тебя заготовка второго топора так и лежит?
— Лежит без рукояти, — признался он. — Я всё собирался.
— Сегодня соберись. Топор один, и тот на дровах, а для тебя есть ещё работа.
— Какая?
— Колодки на пленных, — сказал я. — Надо, чтобы они могли ходить и работать, а бежать не могли.
Стас посмотрел в сторону навеса, где сидел первый, и в сторону большого дерева.
— Из чего?
— Из дерева. Чурбак раскалываешь вдоль на две половины и в каждой делаешь выемки под щиколотки. Потом половины складываешь и закрепляешь клиньями. Шагать он в них сможет, а бежать нет.
— Половины надо будет подогнать, — сказал Стас, глядя на свои руки, и я понял, что он уже прикидывает. — Иначе натрёт ноги до мяса. Борис, вы выемки сделаете, если я расколю?
— Сделаю, — Борис уже водил ножом в воздухе, примериваясь. — Чего ж не сделать. Парту собирал, и это соберу.
Оставались трое.
Олег со Светой и Артёмом сидели у огня со всеми, но в стороне, на своём пятачке гальки. Сам Олег, кажется, ждал, что я про них забуду, и заранее был этим недоволен.
— Олег, — сказал я. — Вам троим отдельная работа. На берегу, куда я посылал Севу с острогой, лежат плоские камни. Нам их нужно много, под коптильню. Мясо висит над дымом как попало, а надо, чтобы лежало.
— Камни таскать, — сказал Олег. — Нашли нам работу.
— Нашли, — подхватила Света. — В распадке нас держали, теперь тут камни. Хорошо устроились.
— Нашёл хорошую работу, — согласился я. — Камни не убегут.
Артём засмеялся первым и тут же посмотрел на Олега, правильно ли засмеялся.
— Пошли, — сказал он. — Хоть на море посмотрю. Я, между прочим, на море ехал.
Олег встал. Света, ни на кого не глядя, встала за ним.
— Я провожу и покажу, какие брать, — сказал я. — А потом пойду к загону.
Валера стоял у огня, держа лук.
— А я? — спросил он.
— А ты с луком у стада.
— Лук есть, — сказал Валера. — Стрел было десять, теперь восемь: одна сидела в кошке, другая ушла в кусты, я её так и не нашёл. Восьми на стадо мало.
— Наделай.
— Из чего наконечники? — спросил он. — С этой кошки когти я снял, на десяток стрел хватит. А дальше что, каждый раз новую кошку ждать? Камень точить полдня на штуку.
— Тогда когти ставь на первые десять, а древки строгай впрок, — сказал я. — Наконечники на остальные придумаем потом.
Все разошлись. Марина у огня черкала что-то углём на куске коры, и Рита заглядывала ей через плечо.
К морю мы вышли вдоль ручья, там, где он разливался по гальке и терял берега.
Камни, к которым я посылал Севу, лежали левее, у самой воды. Тёмные плоские плиты уходили в море уступами, и нижние накрывало каждой волной. На верхних было сухо, а ниже начиналась зелёная скользкая плёнка, по которой я бы ходить не стал даже в ботинках.
— Вот такие, — я показал на сухой плоский камень у верхнего края. — Берите такие, чтобы вдвоём поднять и донести. Толще не надо, а тоньше на огне треснет.
Присев, Олег взялся за камень и поднял его с первого раза. Лицо у него стало довольное, будто он только что продал машину по полной цене.
— Такие, что ли?
— Такие. Носите к огню, Рита покажет, куда класть.
— А ты? — спросил Артём.
— А я к бурёнке. И вот что, — я посмотрел на нижние уступы. — Ниже вон той полосы, где мокро, не лезть. Там скользко и достает волна. Сверху камней хватит на весь день.
— Да поняли, — сказал Олег.
— Поняли, — подхватила Света.
Артём ничего не сказал. Он смотрел вниз, на мокрые уступы, где камни лежали ровнее и были крупнее.
Я пошёл обратно вдоль ручья. Шагов через сорок обернулся посмотреть, как они там.
Олег со Светой несли первый камень вдвоём, кряхтя и переругиваясь, куда ступать. Артёма с ними не было.
Он был внизу. Спустившись ниже зелёной полосы, он присел на корточки над большим плоским камнем, лежавшим у самой воды, и пробовал его поддеть. Камень был крупнее того, что нёс Олег, раза в два, и я понял, зачем он туда полез. Пришёл бы к огню с камнем больше, чем у Олега, и все бы это увидели.
— Артём! — крикнул я. — Назад!
Он поднял голову, увидел меня и махнул рукой: мол, сейчас.
Следующая волна была выше прежних. Я видел, как она поднимается из-за уступов, и видел, что Артём сидит к ней спиной.
Она ударила его в спину и плечо, и он исчез.
Глава 16
Когда вода отхлынула, его на камне не было. Его тянуло вниз ногами вперёд, в щель между двумя уступами. Он хватался руками за мокрое, а пальцы соскальзывали. Потом щель кончилась, и откат вынес его на открытую воду.
Он вынырнул в стороне от камней и, глотнув воздуха, снова ушёл под воду. Руками он молотил без толку: плавать Артём не умел.
Света закричала. Она кричала без слов, высоко, уронив камень Олегу на ногу.
Я уже бежал.
У ручья, там, где он выходил на гальку, стояла пустая канистра, с которой Сева ходил к морю за водой для соли. Я подхватил её на бегу правой рукой.
Бросить Артёму было нечего. Свободной веревки у нас не осталось, а до него было слишком далеко, одной рукой не докинуть. Значит, плыть.
Олег стоял на верхнем уступе, держа камень, который ему уронили на ногу, и смотрел на воду.
— Олег! — я выскочил на камни рядом с ним. — Камень брось. Спускайся вон туда, где песок, и заходи по пояс. Дальше не иди, понял? Стой там и жди нас.
Он посмотрел на меня так, будто не узнал.
— Понял?
— Понял, — сказал он и бросил камень.
— Света! Бегом за Инной!
Света перестала кричать и побежала.
Артёма снова вынесло наверх. Его тащило от берега, ровно туда, куда уходила вода из щели, и он уже не бил руками, а только запрокидывал голову, хватая воздух.
Прямо за ним я не полез. Откат шёл из щели полосой, и в этой полосе против него я бы не выгреб даже двумя руками. Я сбежал с уступов на песок правее, туда, где волны ложились на берег ровно, и там зашел в воду.
Перевязь я снял на ходу и бросил на песок. Плавать с рукой, примотанной к груди, всё равно что плавать в мешке.
Волна подняла меня, и я лёг на неё, толкая перед собой канистру. Грести я мог одной правой. Левой я придерживал канистру за ручку, и при каждом движении в плече стреляло так, что темнело в глазах.
Я плыл наискосок вдоль берега, сбоку от полосы, где тянуло, и повернул к Артёму, только когда до него осталось немного.
Он увидел меня и рванулся навстречу.
Это было хуже всего. Он вцепился мне в шею обеими руками и полез на меня сверху, как на столб. Мы вместе ушли под воду, канистра выскользнула у меня из пальцев.
Под водой я не стал с ним бороться: от страха он сейчас был сильнее меня. Я набрал воздуха, сколько успел, и сам ушёл поглубже, куда ему не хотелось.
Руки у него разжались. Он рванулся вверх, к воздуху, а я поднырнул под него и вынырнул у него за спиной.
Канистра качалась рядом, на расстоянии вытянутой руки. Дотянувшись, я подтащил её и сунул ему под грудь.
— Держи! — сказал я ему в самое ухо. — Обеими держи и не дёргайся.
Он вцепился в канистру. Я взял его правой рукой под мышку сзади, так, чтобы до меня он не достал, и повернул нас к берегу.
Плыть с ним было тяжело: ноги у меня работали, а грести я мог одной рукой. Дыхалки этого тела хватало ненадолго, и я чувствовал, как она кончается: каждый вдох получался короче предыдущего.
