Земля Священного Огня (ЛП) - Догерти Гордон (бесплатная библиотека электронных книг .txt, .fb2) 📗
Он тряхнул головой, прогоняя цветные круги перед глазами, и обнаружил, что лежит ничком на песке, окруженный растерзанными и ломаными телами легионеров «Флавия Фирма» и персидских всадников. Сзади раздался яростный боевой клич, и Паво почувствовал, как дрогнул песок — копыта были всего в нескольких футах, неслись прямо на него. Он перекатился и вскочил на ноги, чтобы встретить мчащегося на него клибанария с пикой, нацеленной в сердце. Паво рванул щит, чтобы отразить удар, зная, что только железный умбон сможет поглотить инерцию прикованного двуручного копья. Как только наконечник соскользнул с умбона, Паво бросил щит и схватился за цепь, дернув ее и вырывая пику из хватки всадника. Клибанарий потерял равновесие и беспорядочно замахал руками, пытаясь ухватиться за поводья, но Паво взмахнул трофейным копьем, сбивая мужчину в кровавое месиво песка и пены, а затем прикончил его резким ударом в горло. Он запрыгнул в седло, но с трудом справился с паникующим конем. Жеребец лягался, бился и кусал всех вокруг, римлян и персов; одно шальное копыто сбило шлем с пешего перса, а следующее размозжило ему череп, разбрызгивая мозги в пенящуюся воду.
Паво успокоил коня ровно настолько, чтобы оценить происходящее. Вокруг него бушевал вихрь свистящих клинков, колющих копий, брызг крови и пены, ржания коней и криков людей. Массы саваран роились вокруг осажденных очагов сопротивления легионеров. Оставшиеся пращники на палубах трирем делали все возможное, чтобы поддержать товарищей, но этого было слишком мало. Тела легионеров усеивали песок и покачивались в прибое. На мелководье он увидел плюмаж Галла, мечущийся в гуще схватки; кровь била фонтанами из всех, кто осмеливался напасть на него. Он увидел Тамура на поросших травой дюнах: тот сидел верхом, в безопасности, вдали от битвы, и наблюдал с жуткой ухмылкой — словно это был очередной раунд кровавых игр. Мгновения, понял он, — вот все, что у них осталось. А дальше по побережью персидский флот уже подходил к берегу, несомненно, чтобы высадить тысячи свежих всадников и копьеносцев.
Паво развернул жеребца пятками, готовый сразить следующего, готовый умереть; его темные волосы прилипли к лицу от соленой воды и крови. Затем он заметил в схватке Суру, чье лицо превратилось в багровую маску. Друг скривился и метнул плюмбату. Паво вытаращился, глядя, как дротик летит прямо в него. Сура что-то кричал одними губами. «Ложись»?
Паво пригнулся в последний момент, дротик с шипением пронесся над его шлемом и вонзился во что-то всего в дюймах позади. Он обернулся и увидел катафрактария с поднятым мечом, готового рубануть его; плюмбата торчала в щеке всадника, темная кровь пульсировала из раны.
Сура пробился сквозь свалку, плечом выбил мертвого всадника из седла и занял его место.
— За мной! — хрипло позвал он, направляя коня к краю битвы.
Паво последовал за ним, пришпорив коня, парируя удары и уклоняясь, пока битва не поредела, а шум не стих.
— Сура? — крикнул он, когда они вырвались на свободу.
Сура направил коня на юг, затем развернулся вверх по пляжу, направляясь к травянистым дюнам позади тех, где Тамур, пуштикбаны и резервные саваран наблюдали за битвой. Он сверкнул улыбкой Паво.
— Не волнуйся, у меня есть план...
***
Пригнувшись за травянистыми дюнами, Паво взглянул на хлещущие хвосты двенадцати колоссальных боевых слонов. Ужас поплыл в его внутренностях.
— Украсть слона? Это не план, Сура.
— Мы покойники, все мы, если ничего не предпримем, — сказал Сура, кивнув на окровавленный берег за слонами, где сопротивление римлян стремительно угасало.
— Если мы сделаем хоть шаг к этим тварям, нас заметят, — прошипел Паво, указывая на Тамура и группу пуштикбанов вокруг него, а затем на персидских лучников, засевших в кабинах-хаудах на спинах слонов.
Все они стояли спиной, глядя вниз на битву, но время от времени кто-то из пуштикбанов оглядывался через плечо, словно чувствуя неладное.
— Тогда найдем, чем их отвлечь. Как насчет тех бедолаг? — он указал на пайганов, сидевших или стоявших на коленях справа от боевых слонов; их закованные лодыжки были стерты в кровь, головы опущены. — Если дать им шанс на свободу, думаешь, они воспользуются им?
Паво посмотрел на изможденных крестьян-солдат. Там было около двух тысяч человек, закованных в цепи и усталых. Мужчины, вырванные из своих хозяйств и семей, чтобы сражаться насмерть или служить живым заслоном против врагов Персии. Он подумал о бедном Халеде, вынужденном сражаться так же. Он еще раз взглянул на слонов, затем услышал мучительный крик, когда легионера на берегу разорвало парой пик клибанариев.
— Да, но надо действовать быстро.
Они проскользнули позади слонов и Тамура, пригибаясь, чтобы оставаться скрытыми за травянистыми дюнами, пока не добрались до тыла массы пайганов.
— Сбиваем цепи с ближайших, затем вооружаем их, — сказал Паво, кивнув на стоящие неподалеку повозки, груженные копьями.
Два мидийских копьеносца стояли на страже перед ними, спиной к Паво и Суре, оба полностью поглощенные битвой. Сура кивнул. Они положили щиты и шлемы, оставив при себе только спаты и защищенные лишь чешуйчатыми доспехами. Пара прокралась к задней части повозки, а затем каждый обошел ее со своего края. Паво приготовился схватить ближайшего к нему мидийца. Он чувствовал, как колотится сердце, словно пытаясь выдать его. В последний момент он наступил на сухой тростник, который хрустнул. Мидиец резко обернулся, но прежде чем он успел пустить в ход копье, Паво нанес жестокий удар правой. Челюсть мужчины хрустнула, и Паво пришлось подавить вскрик, так как его костяшки сделали то же самое. Мидиец рухнул. Настороженный приглушенным звуком борьбы, второй мидиец развернулся, в тревоге уставившись на Паво, но тут позади него возник Сура и плашмя ударил спатой по голове. Глаза мужчины закатились, и он тоже оказался на земле. Паво и Сура схватили по охапке копий, затем пригнулись и перебежали через открытое пространство к задним рядам пайганов.
Ближайшие из них обернулись и увидели приближающуюся пару. Поднялся гомон, и еще больше голов повернулось. У Паво мурашки побежали по коже, когда он увидел, что Тамур и пуштикбаны отвлеклись от битвы на шум.
— Ложись! — прошипел он, увлекая Суру на песок.
— Заткните пасти, псы, или мы загоним вас в воду топиться! — крикнул мидийский копьеносец в первых рядах массы пайганов.
В одно мгновение они умолкли. Паво видел, как Тамур еще мгновение хмуро смотрел на закованных людей, затем снова вернулся к битве.
Ближе всех к Паво оказался плосконосый пайган в грязно-белом халате и темно-коричневой войлочной шапке. Он вытаращился на лежащего Паво.
— Римлянин? — спросил он на ломаном греческом.
— Да, но не враг тебе, — ответил Паво на ломаном персидском. — Мы пришли освободить вас.
Он поднял спату и указал на цепи, приковывавшие того к следующему истощенному бедолаге. Пара и те, кто был рядом, недоверчиво переглянулись.
— И вооружить вас, — добавил Сура, приподнимая охапку копий в руках.
При этих словах усталое лицо плосконосого расплылось в улыбке. Он поднял свои цепи. Паво примерился спатой и рубанул вниз. Раздался глухой железный звон. Паво пригнулся и затаил дыхание, ожидая, услышали ли стражники впереди. Тишина. Сура рубанул по цепи с другой стороны мужчины. Снова ничего. Но плосконосый, внезапно осознав, что свободен, вскинул руки в воздух и собрался закричать от радости. Паво выбросил руку и зажал ему рот.
— Ни звука, — он прижал палец к губам, — или мы все умрем.
Плосконосый кивнул, затем с неодобрением посмотрел на товарищей, погрозив им пальцем, словно это они были виноваты. Один за другим Паво и Сура освобождали пайганов, вручая им копья, пока тридцать или больше человек не сидели на корточках, готовые действовать.
— Освободите остальных, — сказал Паво, передавая копья тем, кто сидел дальше всех. — А теперь, кто-нибудь здесь умеет управлять этими тварями? — он кивнул в сторону боевых слонов.
