Корсет, долги и никакого кофе! - Лив Татьяна (книги онлайн бесплатно серия .txt, .fb2) 📗
— Нет.
— Отвар из жжёных желудей? У меня есть рецепт...
— Боги, нет, — Маша поморщилась. — Просто спросила. Забудьте.
Фаддей посмотрел ей вслед с видом человека, который не понял вопроса, но на всякий случай запомнил. Мало ли — вдруг баронесса ищет что-то редкое и дорогое. На этом можно заработать.
Бернард починил мельницу за два дня. На третий день Евстигней запустил жернова — и они заработали так, как, наверное, не работали лет двадцать. Ровно, мощно, без скрипа и перекоса.
— Слава богам, — выдохнул мельник и, кажется, чуть не прослезился. — Слава богам и баронессе.
— И Бернарду, — добавила Маша.
Бернард скромно промолчал. Мартин за его спиной расплылся в гордой улыбке — он помогал с ремонтом и теперь чувствовал себя причастным к великому делу.
Праздник первого большого помола Маша устроила в субботу. Не потому что суббота была особенной, а потому что именно в субботу первая большая партия муки была готова и её можно было отправлять на продажу.
Деревня пришла почти в полном составе. Принесли что у кого было — кто пироги, кто квас, кто солёные огурцы. Евстигней выкатил бочонок пива, который, судя по виду, берёг для особого случая. Бернард притащил скамейки из кузни. Отец Вильгельм прочитал короткую молитву.
Маша стояла у мельницы и смотрела на это, и чувствовала что-то странное. Не радость — радость была бы слишком простым словом. Скорее... удовлетворение. То самое чувство, которое бывает, когда проект, над которым работал месяцами, наконец запускается. Когда цифры из таблицы превращаются в реальность.
— Миледи, — дёрнула её за рукав Элис, — вы будете говорить речь?
— Что?
— Речь! Люди ждут!
Маша огляделась. Крестьяне действительно смотрели на неё с выражением ожидания. Маша вздохнула, вышла вперёд и откашлялась.
— Месяц назад, — начала она, — мельница стояла. Поля не были засеяны. Замок протекал. И казалось, что так и будет всегда. — Она сделала паузу. — Теперь мельница работает. Поля засеяны. Часть крыши починена. Это не моя заслуга — это наша общая работа. Ваша и моя. Дальше будет больше. Новые поля, школа для детей, ремонт дорог. Всё это будет. Но не сразу — по порядку, шаг за шагом.
Крестьяне молчали. Маша не была уверена, что они всё поняли. Но Гордей кивнул — медленно, уважительно. И этого было достаточно.
— А теперь, — добавила она, — ешьте. Праздник.
Одобрительный гул прокатился по толпе. Кто-то засмеялся, кто-то захлопал. Заиграла музыка — двое парней с дудками и один со скрипкой.
— Миледи! — Элис вдруг схватила Машу за руку с видом человека, у которого важная новость. — Смотрите! Мартин танцует!
Маша посмотрела. Мартин действительно танцевал — неловко, но с энтузиазмом — с какой-то девушкой из деревни.
— И что?
— Ничего! — Элис покраснела и отвернулась. — Просто... он хорошо танцует. Наверное.
— Элис, — Маша посмотрела на горничную внимательно, — вы покраснели.
— Нет! Это... жарко просто.
— Конечно, — согласилась Маша. — Жарко.
Элис покраснела ещё больше и стремительно ушла в сторону пирогов. Маша проводила её взглядом и едва удержалась от улыбки. Мартин — хороший парень. Работящий, честный, с хорошей головой. И совершенно не замечал, что горничная баронессы смотрит на него как на восьмое чудо света.
Вечером, когда праздник стих и крестьяне разошлись по домам, Маша сидела у мельницы на перевёрнутом ящике и считала. Евстигней убирал прилавки рядом, напевая что-то себе под нос.
— Евстигней, — позвала Маша, — сколько муки ушло сегодня?
— Двадцать мешков, миледи. По шиллингу мешок. Итого — крона.
— А сколько можем молоть в неделю?
— При хорошей воде — мешков сто. Может, сто двадцать.
— Значит, пять-шесть крон в неделю только на помоле. — Маша записала. — Плюс продажа муки соседним поместьям. Плюс лес. Плюс поля весной.
Картина складывалась не блестящая, но вполне рабочая. Медленно. По-феодальному медленно. Но — вперёд.
Поздно вечером она сидела в кабинете и подводила итоги в артефакте. Свеча оплывала, за окном шумел ветер, замок скрипел и вздыхал вокруг неё — как живой.
Итоговая цифра за первый месяц нормальной работы: сто пятьдесят крон чистого дохода.
Немного. По меркам графа Серебряного — смешно. По меркам прежней Миры Каменной, которая проедала последние запасы и надеялась на выгодный брак, — революция.
Маша откинулась на спинку стула. Первый платёж Волкову — пятьсот крон — она собирала из трёх источников: доход от мельницы, продажа запасов старого зерна из амбара и небольшой займ у отца Вильгельма (тот дал без процентов, из церковной казны, со словами «сочтёмся молитвой и добрыми делами»). Скрести по сусекам, как говорила бабушка в прошлой жизни.
Она достала чистый лист пергамента и начала писать письмо:
«Господину управляющему Даниэлю Серому.
При сём прилагаю первый платёж по сроковой грамоте — пятьсот крон серебром. Счёт прошу принять. Также для сведения: доход баронства за истекший месяц составил сто пятьдесят крон. Прогноз на следующий месяц — сто восемьдесят, с учётом расширения помола.
Баронесса Мира Каменная».
Перечитала. Слишком коротко? Нет, нормально. Даниэль производил впечатление человека, который ценит краткость. Она запечатала письмо и отдала Мартину — тот умчался с видом гонца, везущего важный приказ.
Ответ пришёл на следующий день. Маша вскрыла конверт и развернула письмо. Там было три строки:
«Баронессе Мире Каменной.
Платёж принят. Остаток долга — две тысячи пятьсот крон. Продолжайте.
Даниэль Серый, управляющий».
Маша уставилась на письмо. Потом перечитала. Потом перевернула, проверяя, нет ли чего-нибудь на обороте. Ничего.
— «Продолжайте», — вслух повторила она. — Это всё? Просто «продолжайте»?
Артефакт мигнул: «Лаконичный стиль. Возможные интерпретации: 1) Одобрение. 2) Равнодушие. 3) Занят. 4) Не умеет писать длинные письма».
— Или робот, — пробормотала Маша. — Просто робот в средневековом камзоле.
Она поставила письмо на стол, подперев чернильницей, и долго смотрела на три строчки. Потом поняла, что смотрит уже слишком долго для человека, которому просто нужно знать, принят ли платёж.
— Платёж принят, — сказала она себе вслух. — Это главное. Остальное — неважно.
Артефакт нарисовал маленькое сердечко в углу страницы.
— Убери, — велела Маша.
Сердечко исчезло. Но на его месте появился вопросительный знак.
— И его убери.
Книга погасла с видом оскорблённого достоинства.
Маша погасила свечу и легла. За окном шумел осенний ветер, где-то далеко лаяла собака, от мельницы доносился мерный скрип колеса — работает, не останавливается. Хороший звук. Правильный.
Сто пятьдесят крон. Первый платёж сделан. Поля засеяны. Лес работает по договору. Крестьяне начинают доверять. Слуги перестали воровать — по крайней мере, в прежних масштабах.
Это было немного. Это было начало.
«Маша Орлова в прошлой жизни запускала проекты, которые стоили миллионы, — подумала она, засыпая. — Мира Каменная запустила мельницу и засеяла поля. Почему-то второе кажется важнее».
Артефакт на тумбочке мигнул последний раз: «Спокойной ночи».
Маша улыбнулась и закрыла глаза.
ГЛА
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
