Корсет, долги и никакого кофе! - Лив Татьяна (книги онлайн бесплатно серия .txt, .fb2) 📗
— Права, — выдавил он наконец. — Но, миледи, я не со зла... Так все делают.
— У меня два варианта. Первый: я передаю дело в графский суд. Воровство у господина — это, насколько я понимаю, не штраф. Второй: вы остаётесь на службе, но теперь на честной. Никаких левых денег. Никакой двойной бухгалтерии. Один прокол — и разговор будет коротким. Что выбираете?
— Второе, — выдохнул Томас.
— Разумно. Тогда условия: украденное возвращаете — не сразу, понимаю, что деньги потрачены, отработаете. С сегодняшнего дня все счета в двух экземплярах: один у вас, второй у меня. В деревне больше никого не обманываете. Если узнаю, что брали с крестьян лишнего, я не пойду в графский суд. Я сама разберусь. У меня богатый опыт работы с нерадивыми подчинёнными.
Томас сглотнул и кивнул. Интонацию он, кажется, уловил.
— Идите. И проверьте посевное зерно. К вечеру жду список: сколько есть, сколько нужно докупить.
Управляющий вышел почти задом, точно из королевских покоев. Маша позволила себе короткий выдох. Допросы она не любила, но умела — спасибо девяти годам в логистике, где чуть ли не каждый квартал ловили кого-нибудь на откатах. Артефакт подмигнул: «Эффективно. Но риски остаются».
— Риски всегда остаются, — согласилась она. — Жизнь — это ненулевой риск.
Книга задумалась и выдала: «Жизнь есть проект с открытой датой завершения».
Маша фыркнула почти по-настоящему. Если магический артефакт начал шутить, значит, рабочий контакт налажен.
До полудня она разбиралась с бумагами. Отчёты, счета, расписки, какие-то полуистлевшие грамоты. Часть документов была на староимперском — Маша не понимала ни слова, но артефакт услужливо переводил. Выяснилось, что поместье владеет участком леса на восточной границе — столетняя грамота закрепляла право вырубки за баронством.
— Лес? — переспросила она у Матильды. — Почему его не используют?
— Боятся. Там нечисто. Лешие и другая нежить. Крестьяне туда не ходят, только Агата-травница на опушке живёт.
Маша записала в книгу: «Лес — ресурс. Лешие — препятствие. Агата — потенциальный контакт».
Ближе к обеду пришёл Бернард с сыном. Мартин — парень лет семнадцати, жилистый, с горящими глазами — явно напросился сам, хотел посмотреть на новую баронессу, про которую уже третьи сутки судачила округа.
— Материалы, — сказал Бернард без предисловий. — Прикинул. На мельницу нужно досок дубовых, железных полос аршин десять и гвоздей полсотни. Где брать будем?
— А где обычно брали?
— У Фаддея. Торговец бродячий. Через два дня будет в Серебряном Посаде.
— Отлично. Поедете, купите всё по списку.
Бернард кашлянул в кулак.
— Денег нет, миледи.
Маша задумалась. Полторы кроны из ста двадцати в казне — терпимо, но каждая монета на счету.
— Сделаем так. Поезжайте в Посад, найдите Фаддея и предложите сделку. Материалы сейчас — оплата мукой с будущего помола. Скажите, баронесса Каменная гарантирует оплату в течение месяца. Если не верит, пусть приедет сам.
Бернард поскрёб бороду, потом кивнул.
— Попробую.
— А можно я с отцом? — влез Мартин. — Я помогу! Лошадей запрягу и вообще...
Маша посмотрела на парня. Горящие глаза, нетерпеливая поза — типичный подросток, мечтающий о приключениях. В прошлой жизни она нанимала таких курьерами: быстрые, энергичные, но нужен поводок.
— Если отец разрешит.
Бернард хмыкнул:
— Всё равно увяжется. Пусть едет.
Когда кузнец с сыном ушли, Маша записала в книгу: «Мартин — энергия, нуждается в направлении. Потенциал — связной, помощник». Кадры надо растить, даже в феодальном захолустье.
К вечеру пошёл дождь — нудный, затяжной, под который хорошо писать отчёты и думать о жизни. Маша сидела в кабинете и составляла план первоочередных действий.
Пункт первый: мельница. Без неё никакого дохода. Бернард едет в Посад, закупает материалы, начинает ремонт. Ориентировочный срок — две недели.
Пункт второй: посевная. Зерно есть, но мало. Нужно докупить и одновременно ввести систему севооборота. Маша плохо помнила детали, но что-то про озимые и яровые, про чередование культур в памяти застряло. Надо поговорить со знающим человеком — возможно, с травницей Агатой.
Пункт третий: долги. Выплатить восемь тысяч при доходе в семьдесят — невозможно. Единственный выход — договариваться об отсрочке. Сначала с налоговой, потом с бароном Волковым. Оба потребуют убедительных доводов — нужны расчёты. Артефакт с этим справлялся отлично.
Пункт четвёртый: слуги. Двенадцать человек, из которых не ворует только ленивый. Томаса она приструнила, но остальные пока работают по старым привычкам. Нужна прозрачная система: кто за что отвечает, сколько получает, кому докладывает.
— Кадры, бухгалтерия, логистика, — вслух сказала Маша. — Типичный набор проблем при фирме убыточного филиала. Только вместо Excel магическая книжка.
Книга мигнула: «Ожидаемый срок выхода в ноль — два с половиной года при текущих показателях. При оптимизации — один и восемь десятых».
— Значит, оптимизируем.
Она дописала последний пункт и задумалась. День был длинный, тяжёлый, но впервые с момента пробуждения в этом мире Маша чувствовала не панику, а что-то другое. Азарт? Пожалуй. Мир был чужим, правила — странными, корсет — преступлением против анатомии. Но задача была знакомой: разобрать хаос, построить систему, заставить работать.
И люди, на удивление, откликались. Матильда перестала ворчать и начала помогать. Бернард делом доказал, что на него можно положиться. Даже Томас, при всех его грехах, был неплохим управляющим — просто разболтался без контроля. А Элис была искренне верна. Такая верность дорогого стоила, даже если её источником было непонимание происходящего.
Маша закрыла книгу и встала. За окном сгущались сумерки, дождь барабанил по ставням. Где-то на кухне пахло супом — Матильда велела сварить куриный бульон. Где-то на конюшне Бернард готовил телегу к завтрашней поездке. Где-то в деревне старейшина Гордей гадал, что принесёт новая баронесса — добро или очередную беду. А где-то далеко, в столице, граф Серебряный, возможно, читал донесение о «странном поведении баронессы Каменной» и строил планы. Но это было далеко. Пока — далеко.
Маша потянулась, насколько позволял корсет, и пошла ужинать. Завтра предстояло много дел.
Ночью сон не шёл. Книга на тумбочке светилась голубоватым — тускло, но настойчиво, будто хотела что-то сообщить. Маша села, взяла артефакт в руки. Застёжка щёлкнула сама собой.
«Обнаружена скрытая функция. Желаете активировать?»
— Какую?
«Картографический модуль. Точность — восемьдесят семь процентов».
Маша выпрямилась. Сон как рукой сняло.
— Активирую.
Страница мигнула и начала заполняться линиями: границы баронства, река Серебрянка, поля, деревни. Замок — крошечная башенка. Карта была живой: участки меняли оттенок по плодородности, дороги обозначались пунктиром, а восточный лес уходил в серую дымку.
«Недостаточно данных. Магический фон искажает считывание».
Маша коснулась значка мельницы — карта послушно увеличила фрагмент. Коснулась полей — те раскрасились тремя цветами: синий — общинные, красный — барские, серый — заброшенные. Серого было больше всего.
— Можешь показать, где лучше сеять озимые?
«Вероятностный прогноз. Точность — шестьдесят два процента».
Жёлтые контуры обвели участки вдоль реки. Маша запомнила. Завтра сверит с тем, что скажет Гордей или травница Агата. Она уже собиралась закрыть книгу, когда пальцы сами вывели вопрос:
— Ты знаешь, кто я?
Книга погасла. Потом зажглась снова — медленно, будто думала.
«Вы — баронесса Мира Каменная. Психо-эмоциональный профиль изменился тридцать шесть часов назад. Причина не установлена. Рекомендуется наблюдение».
— Наблюдай, — разрешила Маша. — Только не мешай.
«Принято».
Свечение погасло. Маша откинулась на подушку. Артефакт знал, что она изменилась. Не знал причин — но зафиксировал факт. Интересно, кому он может это сообщить? И может ли вообще?
